вторник, 13 октября 2015 г.

Разумный альтруизм.

Безусловно ли хорош альтруизм? Чем отличается разумный, практичный альтруизм от альтруизма неразумно-сентиментального? И чем чреват последний для нашей цивилизации?

01-burden


Уильям Пирс.

Вчера я получил письмо от члена Национального альянса, который работает в больнице города Финикс, штат Аризона. Пациенты в основном попадают к нему через отделение неотложной помощи, и он сокрушается, что они преимущественно небелые и в большинстве своем не платят за лечение. Кроме того, очень многие из этих небелых – нелегальные мигранты. Он вел подсчет в течение недели и установил, что примерно 45% его пациентов были испаноязычными метисами, 9% - черными, 11% - американскими индейцами, 5% - азиатами и только 30% - белыми.

Вот, что он мне написал:
“Испаноязычные, черные, индейцы и белые на пособии пользуются всем бесплатно, посредством социальных программ наподобие ACCESS. Испаноязычные заполоняют отделение неотложной помощи и лишают ценных благ тех пациентов, которые в них действительно нуждаются. Они приводят в больницу все свое семейство, так что охранникам приходится их выгонять. Они битком набиваются в приемные и спят, где только можно. Они не пользуются корзинами для мусора, бросая его прямо на пол. Они проникают в комнаты отдыха для персонала в поисках “бесплатного” кофе и вообще тащат все, что плохо лежит. Из пачек с бельем они запросто берут чистые простыни, подушки и одеяла и стелят себе постель на полу. Они курят в лифтах и в целом грязны и неблагодарны. Их повадки возмущают даже черных”.

Мой корреспондент описывает множество иных подробностей своей больничной работы и напоследок отмечает, что главная жалоба, которую он слышит от этих своих пациентов-халявщиков, - это недовольство недостатком испаноговорящего персонала, из-за чего страдает качество оказываемой им бесплатной помощи. Что ж, всё это неплохо объясняет астрономические цифры больничных счетов для той части населения, которая оплачивает оказанные услуги. Каждый рабочий Белый человек, который обращается в больницу за лечением, везет на своем горбу примерно четырех трутней, из которых трое – небелые. Это письмо также заставило меня задуматься о множестве смежных проблем нашего общетва.

Кстати, причина, по которой каждый работящий Белый американец способен везти на своей шее четырех трутней, заключена в нашем народе. Мы, белые, обладаем качеством, которого нет и не будет ни у черных, ни у коричневых, потому что ему нельзя научить, – это наша способность творить, вводить новшества, изобретать. Технологическая революция, которую мы осуществили в последние 50 лет, обусловленная нашими научными достижениями за последние 300 лет, дает нам возможность нести на себе столь тяжелый балласт. Да, мы способны нести балласт, но почему мы должны это делать? Представьте, каким было бы качество нашей жизни, если бы мы не тащили на себе весь этот мертвый груз, если бы наш производительный труд был целиком направлен на благоденствие НАШЕГО народа.

Строго говоря, экономические последствия для нашей страны от масштабного цветного нашествия – это меньшее из зол, которые принесла нам эта орда небелых инородцев. Мой корреспондент из Финикса рассказал нам, как в его городе ухудшились условия для Белого медперсонала и пациентов больниц. Качество больниц там настолько сильно упало – едва ли не до уровня Третьего мира – что мой корреспондент возненавидел профессию, которую прежде любил. Но дело в том, что жилищные и рабочие условия у нашего народа так или иначе ухудшились почти повсеместно. Одни города Америки пострадали так же тяжело, как Финикс, в других дела обстоят еще хуже.

И коснулось это, конечно, не только больниц. Это коснулось наших средних школ и городских районов, наших пригородных торговых центров и городских центров, наших заводов, магазинов, офисов и мест отдыха, наших колледжей и университетов. Меня просто тошнит от сегодняшней мультикультурщины в наших университетах, которые некогда были средоточиями цивилизованной европейской культуры. До того как возобладал душный диктат политкорректности – диктат, который повсеместно идет рука об руку с мультикультурализмом – наши университеты были площадками, где развивались и свободно выражались новые идеи, а целью и стандартом всякой деятельности было совершенство. Сегодня трудно даже вообразить ту атмосферу воодушевления и умственного наслаждения, которая в прошлом отличала наши университеты, а кроме того – чувство общего наследия и единства, чувство причастности к чему-то очень глубоко укорененному.

Да, все это теперь в прошлом. Конечно, остается еще много Белых американцев – особенно проживающих в небольших городках вдалеке от наиболее пострадавших регионов на восточном и западном побережьях, – которые пока не ощутили ухудшения условий жизни в той мере, в какой его ощущает мой корреспондент из Финикса. Многие Белые бегут в менее пострадавшие регионы страны. Кое-где ухудшение настолько медленное, что люди его почти не замечают. Но сегодня обстановка ухудшается все быстрее. Становится все сложнее не замечать того, что происходит. Мест, куда могли бы бежать Белые американцы, становится все меньше. Еще год или два – и гораздо больше Белых начнут относиться к происходящему с тем же негодованием, которое переполняет нашего медработника из Финикса.

Но такое развитие событий нам на руку, оно необходимо. Необходимо, чтобы упадок нашей страны ускорился, и людям стало труднее его не замечать. Если положение вещей будет ухудшаться слишком медленно, большинство научится этого не замечать, а это будет конец всему. Если не прекратить этот постоянный захват нашего жизненного пространства Третьим миром, нас полностью вытеснят. Сообщники Клинтона уже с нетерпением считают дни до наступления того момента – примерно в середине следующего [21-го] века – когда мы станем меньшинством в собственной стране, а небелое большинство начнет нами командовать. И, конечно, дело не только в том, что наплыв цветных поглотит Америку, – из-за стремительного роста коричневых и черных популяций в местах их исконного проживания погибнут последние тропические леса и вымрут последние дикие животные. Вся наша перенаселенная планета будет безнадежно загрязнена.

02-forest

Как же так вышло? О чем мы думали, когда начали внедрять свою медицину в Африке и Азии, в джунглях Центральной и Южной Америки, снизив уровень смертности аборигенов настолько, что вызвали взрывной рост цветных популяций?

Если бы мы не мешали им прыгать по деревьям и приносить друг друга целыми племенами в жертву разнообразным божкам, не заставляли бы их носить одежду, изучать английский, испанский или французский и мыть руки после туалета, они бы до сих пор радостно лепили куличи из собственной грязи и мёрли бы как мухи, а плотность населения оставалась бы у них такой же, какой была 10 тысяч лет назад; тропическим лесам не грозило бы исчезновение, а львы пожирали бы их в не меньшем количестве, чем они львов. Но самое главное – нам не пришлось бы сегодня тащить на своем горбу их медицинские нужды; наши дети были бы избавлены от их влияния в школах; нам не приходилось бы ежедневно видеть их физиономии по телевизору; мы не были бы вынуждены колесить по стране в поисках места, где их поменьше; и нам не пришлось бы наблюдать, как этот балласт тянет всю нашу цивилизацию обратно к варварству. Мы были бы хозяевами своего мира, мира более чистого, более зеленого, более здорового.

Зачем же мы так поступили? Это произошло в силу как исторических, так и современных причин. В течение всей нашей истории нам остро не хватало прозорливости – по крайней мере, наиболее дальновидные из нас не участвовали в принятии судьбоносных решений. При освоении Нового мира мы вообще не придерживались никакой разумной стратегии. Мы позволяли предпринимателям делать бизнес почти исключительно ради личной выгоды, не заботясь о благополучии нашей расы в целом. Мы позволяли алчным дельцам творить для личной наживы что угодно; ими двигала лишь погоня за дешевой рабочей силой, крупными рынками сбыта и высокими доходами.

А среди наиболее алчных дельцов, искавших крупные рынки для своего товара, были христианские священники, одержимые стремлением обратить дикарей и спасти души черных и коричневых. Христианский универсализм, несомненно, сыграл первостепенную роль в уничтожении нашего мира. Стоило вешать всякого миссионера, одержимого безумной идеей, будто чернокожим нужен Христос вместо богов их исконной религии вуду, или что мексиканцам нужна католическая церковь, вместо их затерянных в джунглях храмов, где они с удовольствием вырезали и пожирали сердца своих пленников.

03-ritual

Помимо христианства, беда еще в том, что мы не сумели обуздать наш альтруизм – качество, присущее исключительно людям нашей расы. Замечательно, что мы умеем заботиться друг о друге, чудесно, что, сравнительно с другими расами, среди нас так много людей, способных переживать чужую боль как свою. Похвально, что многие из нас хотят сохранить тропические леса Южной Америки и прекрасную дикую фауну африканского континента. Всякий раз, как ООН учреждает очередную комиссию по защите какого-нибудь уголка живой природы на нашей планете, меня терзает подозрение, что небелые члены этой комиссии красуются в ней исключительно ради привлекательности собственного имиджа и денежного вознаграждения за согласие "украсить" состав комиссии своими цветными физиономиями. Несомненно, если бы не мы, белые, с присущей нам способностью сопереживать, никто бы и не подумал бойкотировать пушной промысел, не затевал кампании по спасению китов, гигантских секвой и чего угодно еще.

Все это просто замечательно, но вот что печально: многие из нас, что способны сочувствовать чужой боли, лишены необходимой дальновидности, которая должна идти рука об руку с сочувствием. Мы сумели выработать в себе эту дальновидность в отношении лесопользования и регулирования живой природы. Мы понимаем, что часто бывает необходимо позволить природе поступить по своему усмотрению, например в случае лесных пожаров или при регулировании естественного равновесия между хищником и жертвой, и так далее. Но те же соображения необходимо применять и к небелым расам. Нельзя было внедрять медицинскую помощь в небелом мире. Не надо пытаться остановить распространение СПИДа в Африке. Не стоит даже помышлять о помощи голодающим в Эфиопии. Не стоит вмешиваться в обоюдный геноцид хуту и тутси. Наш альтруизм должен проявляться в разумных рамках, но главное – он должен проявляться только по отношению к нашей расе, иначе он приведет не к развитию и расцвету цивилизации и гуманности, а к нашей окончательной гибели.

Сегодня мы находимся под влиянием неразумного, мягкотелого, уравнительного, женского альтруизма. Мы стремимся накормить умирающих от голода африканских негритят, не думая о том, что каждый негритенок, который сегодня избежит голодной смерти, завтра наплодит еще больше голодных негритят. Мы исполнены жалости к больным чернокожим и коричневым всего мира, и вместо того, чтобы строго изолировать их вместе с болезнями у них дома, мы тащим их к себе домой и подхватываем эти болезни – так, сегодня мы имеем в Нью-Йорке вспышку энцефалита Западного Нила, завезенного к нам из Африки.

Нам необходим практичный, мужской альтруизм, который бы побуждал нас заботиться о сбережении высокого качества нашей расы не менее ревностно, чем мы сегодня добиваемся запрета на пушной промысел; который бы побуждал нас стерилизовать неполноценных особей среди нас, не позволяя им плодиться и разрастаться в целый класс социальных иждивенцев; альтруизм, который бы позволил нам сократить численность африканских двуногих, не давая им выживать за счет истребления четвероногих.

Но всякий раз, как я высказываюсь в таком духе, в ответ несутся возмущенные вопли. Я слышу, как мягкотелые альтруисты визжат, что я – какой ужас – пропагандирую геноцид. На самом деле именно ИX действия грозят нам чудовищным геноцидом, жертва которого – наша раса.

В перенаселенном мире, где расы вынуждены соперничать за ограниченное жизненное пространство и ограниченные ресурсы, геноцид неизбежен. Поборники женского альтруизма неспособны принять этот неоспоримый довод, а их деятельность ведет нас в итоге к еще более кровавому и разрушительному геноциду. С другой стороны, альтруисты мужского типа должны будут ввести определенные дисциплинарные меры ради сохранения здоровья перенаселенной планеты и дальнейшего развития наиболее ценных форм жизни, не позволяя малоценным формам тянуть нас к вырождению и гибели.

Разумеется, на сегодняшний день все эти соображения носят теоретический характер. Альтруисты мужского типа проигрывают сегодня тем, кто по разным причинам выступает против введения всякой дисциплины. Без сомнения, еще немало белых людей – и не только в Нью-Йорке – погибнут от энцефалита Западного Нила, от устойчивых к медикаментам штаммов туберкулеза и от сотни прочих экзотических болезней, которые навлекли на нас недальновидные адепты женского альтруизма. Вместо того чтобы изгнать носителей этих болезней с нашего континента, мы будем по-прежнему горестно причитать из-за того, как много африканцев умирают от СПИДа, и будем продолжать искать от него лекарство. И еще многие наши люди проникнутся отвращением к своей работе, к району, в котором проживают, и к школам, в которые ходят.

Я упомянул некоторые исторические причины нашей проблемы: причины, которые мы сами в значительной степени породили. Но существуют и более недавние причины. В нас самих заключены и регрессивные, и прогрессивные наклонности – как неразумные, женские, так и разумные, мужские. Иногда верх берут неразумные наклонности, иногда разумные. Как я сказал ранее, временами мы просто влечемся куда-то без руля и четкого курса.

За последние сто лет наше положение чрезвычайно усложнилось из-за того, что в нашу среду внедрился чужеродный элемент, который активно выступает против наших разумных устремлений и подавляет их, одновременно потакая нездоровым тенденциям в нашей среде и пытаясь помешать нам выработать какой бы то ни было курс действий. В последние 50 лет неразумный подход особенно проявился в миграционной политике, в образовании, в соцобеспечении и правоприменении, в половых отношениях, в межрасовых отношениях, в праве гражданина на самооборону и в целом ряде иных вопросов, жизненно важных для нашего выживания и развития. Этот чуждый элемент, как вы знаете, – еврейство, которое в Америке монопольно завладело средствами массового убеждения.

Буквально на этой неделе мы наблюдали яркий пример того, как еврейские СМИ умеют манипулировать общественным мнением и государственной политикой. В прошлом году бывший президент Чили, 83-летний больной Аугусто Пиночет поехал в Англию на лечение. В ответ на жалобу испанских марксистов британское правительство в прошлом октябре арестовало Пиночета, и с тех пор юристы ведут спор, следует или нет выдать его Испании, чтобы осудить по обвинению в “преступлениях против человечности”. Марксисты в частности утверждают, что в 1973-90 гг, когда Пиночет был президентом Чили, его правительство на допросах подвергало многих коммунистов пыткам. Марксисты всего мира люто ненавидят Пиночета за то, что он успешно уничтожил коммунизм в Чили, а евреи люто ненавидят его за то, что на удивление большая часть уничтоженных им коммунистов была евреями.

04-pinochet

Никто, в общем-то, не отрицает, что при Пиночете с заключенными-коммунистами в Чили обходились круто. Только так и можно было действенно пресечь подрывную деятельность коммунистов, которые пытались расшатать чилийское общество, чтобы захватить власть в стране. Однако любые меры полиции Пиночета против коммунистов были мягкими, если сравнить их с тем, что вытворяли с заключенными сами коммунисты, когда власть попадала в их руки. И вот сегодня в Лондоне леваки и евреи устроили шумную демонстрацию, требуя выдать Пиночета Испании, чтобы судить и наказать его за то, что в бытность его президентом правительство Чили подвергало коммунистов пыткам. Евреи настаивают, что стандартный иммунитет от ареста, который имеют действующие и бывшие главы государств, не может распространяться на Пиночета из-за особой природы его преступлений, то есть “преступлений против человечности”.

Самый смак всей этой истории в том, что, пока левые и правые обмениваются доводами и контрдоводами по делу Пиночета, другой политический лидер, чье правительство применяет пытки к заключенным на постоянной основе с 1948 года, спокойно разъезжает по миру, включая и Британию, и зависимые СМИ не смеют даже тявкнуть на его счет, не смеют даже заикнуться о том, что его-де надо арестовать и судить за “преступления против человечности”. Этот политический лидер – премьер-министр Израиля Эхуд Барак.
Пока в британских СМИ чуть ли не каждый день идёт спор о том, насколько юридически обоснована экстрадиция Пиночета, израильская пресса на иврите обсуждает вопрос, стоит или нет израильской тайной полиции и дальше пытать на допросах заключенных палестинцев. Таким образом, в Израиле всем известно, что местное правительство привычно применяет пытки к заключенным-неевреям.

Israel's Defence Minister Ehud Barak gives a press conference on November 26, 2012 in Tel Aviv to announce he is quitting political life after a decades-long career that also saw him serve as prime minister. Barak, 70, announces he would retire from politics after a new government is formed in the wake of January elections. AFP PHOTO / RONI SCHUTZER ISRAEL OUT

Тревожится ли по этому поводу Эхуд Барак? Опасается ли он ареста и обвинения в “преступлениях против человечности”, когда едет в Британию или любую другую страну? Тревожит ли его, что арест и экстрадиция Аугусто Пиночета могут создать прецедент, который можно будет использовать против него и других израильтян?

Конечно же, нет. Это его не тревожит, потому что он знает, что зависимые СМИ никогда об этом не заикнутся. Он знает, что если некая группа потребует арестовать его за “преступления против человечности”, СМИ такое требование просто проигнорируют, и никаких последствий не будет.

Среднестатистическому гражданину это невдомек. Он видит и слышит, как телерепортеры рассказывают, каким жестоким и бесчеловечным было правительство Пиночета в Чили, и ему кажется разумным, что Пиночета надо арестовать и выдать шайке красных на узаконенный самосуд. Тот же гражданин видит и слышит, как главы государств приветствуют  Барака, куда бы он ни поехал, улыбками и объятиями, поэтому ему и в голову не придет, что Барака надо за что-либо наказывать. СМИ, стоит им только пожелать, могут мгновенно изменить отношение общественности и к Пиночету, и к Бараку на противоположное. Но они, конечно, так делать не станут, потому что зависимые СМИ согласуют свое мнение по любому вопросу с еврейскими интересами.

Поэтому мы должны разобраться с еврейской властью над СМИ прежде, чем браться за проблемы медработников из Финикса – да и вообще за любую другую проблему.

Hardheaded Altruism, радиопередача от 2 октября 1999 г.

перевод Erebus, 2012/2015 г.

ролик по этому материалу:

Комментариев нет:

Отправить комментарий